1
 Рукомос - Новая Буржуазная Поэзия Международная литературная Волошинская премия

 

Разделы сайта


  На главную
  Манифест
  Люди
  Площадки
  Тексты
  Выступления
  Книги
  Заседания
  Статьи
  Отчеты
  IMHO
  Общага
  Форум
  Контакты

Для зарегистрированных членов ЛИТО

  Имя:

Пароль:


Литафиша.Ру



Rambler's
Top100 Rambler's Top100



Игнат Галкин


 Игнат Галкин 
 
Оставить сообщение

ПУБЛИКАЦИИ

  • Журнал "Сетевая поэзия", №1, 2003 ("Знакомство", стихотворение "Антипатриотическое")

Тексты




величие момента
комментарии


антипатриотическое



Птица-тройка! Три коняги плюс телега... это птица?
Даже если колокольчик отрывается по полной.
Лучший вид на этот город, если взять и удавиться:
из петли видать далёко и болтаться в ней привольно.

На окне цветет герань,
мы стоим и размышляем,
где проходит эта грань
между вымытым окном
и просторами родными...

Пустоты известна суть -
ее можно лишь вдохнуть.
Это так понятно днем,
но, когда мы все уснем,
пустота вдруг принимает
очертания теней,
формы наших странных дней.
Тут-то мы и запрягаем
этих сказочных коней.



величие момента



величие момента кровь и грязь
лежат по обе стороны беды
истории магическая вязь
ложится в книги оседает дым
над полем битвы слышатся хлопки
аплодисментов будущих колен
и выстрелы последние стрелки
решают чем все кончится затем
над полем вечер разольет свой мрак
не полем битвы но земли куском
которому с утра в себя вбирать
покойников уложенных рядком
где свой а где чужой не разберешь
какая победила сторона -
война.

они уже кричат не трожь
ты павших дорогие имена
набитые на мрамор и гранит
навечно сохраненные в сердцах
ведь память не карает не болит
но утешает так что к праху прах
к свинцу железо а к стене огонь
салют раз в год чтоб помнили они
о выстрелах пороховая вонь
не забывалась чтобы и в зенит
восторга рев наш громкий долетал
и все - в кровати - воинов строгать
а впрочем подойдет и сеновал
на случай если сожжена кровать
и крова больше нет над головой.

ты тоже скоро вырастешь герой
кровь станет настоящей на руках
с победным ревом словно дикий зверь
рванешься в бой затем чтобы в веках
за ради предков длить величие потерь.



вероятность полета



привнесенный извне перепутанной волей -
ты прости мне тепло моего обитанья
жизнь не меряют холодом просто на поле
не хватает вдруг клеток для верного хода
это образ последнего - страшная тайна
этот опыт бессмертия. край небосвода
изогнулся ступенькой чтоб каждому танцу
называться отныне "во славу полета"
и на небе тебе ночевать где придется
днем по миру застывшему тенью скитаться
чтоб нам думалось "снова почудилось что-то".

то и тратят беспечно что просто не скопишь
как бы скареден не был течет между пальцев
состоит из соблазнов забыться и хлопьев
послезавтра в глазах на обратном отсчете
так гостиница тратит своих постояльцев
так и я иногда вспоминаю о черте
что нас дернул в искания выдержав в красном
то что трачено временем сделалось белым
в этих играх нельзя быть ни юным ни смелым
ты поставил на память - боюсь что напрасно.

потому что нам негде занять а придумать
мы умеем простое то строгое фото
в этом смысле ценнее чем "помнишь как было..."
от которого ты - коллективная сумма
убывания с возрастом в медленных сотах
приближения времени к нашим могилам.
так и бьется набатом звенит неразменной
так и стало вердиктом спряженья с землею
что в поступке бессмысленном гордое что-то
новым опытом больно влилось в наши вены -
чтобы в памяти ярко остаться тобою
ожиданием встречи за краем полета.



из личной переписки



Дни наполнены чем-то, что можно назвать "коллаж",
то есть много всего, но на одной странице.
Пишет Вам как обычно ничей и не ваш,
улетевший на Север на той пресловутой птице.
Как там у вас - все в порядке? - надеюсь, да,
жду письма с описаньем деталей быта.
Шлю, как и было обещано, пару кусочков льда,
который - вы все не верили - тверже гранита.
Это странное место, должен я Вам сказать, но
я не жалуюсь - это все же обитель,
вернее приют, и если уже все равно,
где находиться, то здесь хорошо. Учитель
мой говорит, что я не смогу
выдержать этого темпа, вернее отсутствие темпа,
но потому как он в неоплатном долгу
у меня с прошлой жизни еще, то терпит...
Вот и все, пожалуй, - финальная нотка,
впрочем, я думаю, Вы догадались, что мир мой - весь -
запросто разместится в одном письмеце коротком.
Все уже сказано тем, что я оказался здесь.
Здесь, где усталый лама не сотворил молитву,
Здесь, где я уже не боюсь и
Здесь, где машет мечом самурай, гортанным криком
разрывая небытие чужих иллюзий.



25. 12 - 30.04



Ночь. Ни фонаря. Ни хари,
для того чтоб стало ярче,
ежели по ней ударить...
Этот праздник очень светлый:
пьют солдаты и доярки,
пьют менты, ночные феи...
детки в спаленках рыдают -
нянькам пьяным все до фени.

Рождество над Петербургом,
а в Самаре и не знают,
от чего все так нажрались, -
просто похмелились утром,
протрезветь бы только к Маю,
да салют на день Победы
посмотреть, надев медали.

В отделении порядка
хмурит брови страж сурово:
донесли плохую новость
до него, что, мол, с участка
гражданин покойник, в сети
что рыбацкие попался,
плачет - просится обратно
в полноводную стихию,
где ему привольно плавать,
где заветная есть заводь.
Там покойнице тревожно,
покойченочки рыдают:
где наш папа? Разве можно
этот славный быт разрушить?
Нас ведь тоже ожидает
эта доля - мы на суше
не навечно, друг сердечный,
так что отпусти, солдатик,
ты покойника обратно, -
он добром тебе отплатит.

Бесы колесо вращают -
страшен скрип чужой фортуны.
Будет им раздолье к Маю:
в черный цвет покрасив свечи,
в день не солнечный, но лунный,
вечер встречи их намечен...

...астрономы доказали:
та звезда была кометой,
от которой динозавры
все повымирали на хрен.
Пролетая над планетой,
смерти милосердным взмахом
рассылает откровенья
ангел праведного страха.



Путь бабочки



Путь бабочки: от острого ножа
перерождения до смерти просто так,
затем что лето кончилось, - спешат
часы, и желтого листа
падению пророчество сложу.
Не подбирай с асфальта - пустота
его мою скрывает грусть,
повторность действия усиливает жуть
повинности в стремлении дышать.

И, кстати, к разговору о пустом,
и о нехватке в диалоге стен
для отраженья эха, и вдвоем,
очнувшись вдруг в неполной пустоте,
немеют оба, заклиная мрак
мольбой неслышною о том, что не сейчас
ему являть конечность - эха страх
есть доказательство существованья нас.
И робость роста золоченных негой уз,
и воздуха давно забытый вкус.

Так в небо не уходят - сединой
его не насладишься, если жив
надежды, неожиданно земной,
осколок, значит, кровь еще бежит,
что, без сомнения, являет повод для
триумфа тяжести и затрудняет взлет,
но нам спокойно - на воздушных кораблях
трагедией никто не назовет
заминку: промедление - не смерть,
но нежелание исчезнуть в виражах...
Путь бабочки: от острого ножа
перерождения лететь, лететь, лететь...



Соло



Я рассмеюсь в лицо прекрасной даме:
Меня нарисовать? Ну что Вы, право...
С талантом Вашим это б надо было пламень,
иль воду, иль в степи бескрайней травы.
А я? Ни кожи нет, ни перспективы,
гожусь, быть может разве, на стихи и
от глагольной рифмы до могилы
несет меня нелегкая стихия,
в которой ни утонешь, ни воскреснешь,
для жизни приспособленная слабо,
она, по сути дела, - просто плесень
на разговорах с ближними о бабах.
И раз уж речь заходит о прекрасном,
возникнут возражения такие:
прекрасное не выстроить из гласных,
для совершенства не нужны стихи и,
верь мне, даже если лад душевный
потребует от слов созвучий стройных,
к перу спешить не стоит совершенно,
ведь все давно написано, что стоит
описанья и забвенья
реальность потерявшими словами,
и все войдем мы в вечность, без сомненья,
но не стихами, дорогая, не стихами...
...я улыбнусь тоскливо амальгаме:
тебя? и рисовать? ну что ты, милый -
с ее талантом это нужно пламя
той, для тебя недостижимой, силы



уроки алхимии



Я разложу тебя на части
и разолью тебя по венам.
Сначала - боль твою и страсти,
чтобы не быть обыкновенным.
Затем - твои повадки волчьи,
чтоб скрасить дни свои и ночи,
купаясь в эйфории - молча.

А в имени моем - усталость
природы, славно отдохнувшей.
Мне доля странная досталась:
нельзя ни создавать, ни рушить.
Назвал бы я тебя сестрою,
да ты не ждешь такого брата -
понятно только нам с тобою
значенье слова "реставратор",
который хочет "как когда-то"...

В твоем же имени - забвенье
дороги долгой и тоскливой,
и это имя на игле я
чуть подержу неторопливо,
чтобы чуть-чуть привыкли жилы
к огню чужой нездешней силы,
которая - вне слова "милый".

Пусть ощущенье счастья ложно,
и пусть зовется это комой,
но так маняще бестревожно
мне наслаждаться полудремой,
в которой свет от слова "двое"
меня качает над землею,
и ощущение покоя от несвидания с тобою.



пять междуточий для Лены Леты



1
...Это привычка Марта - я теряю слова
и мечусь бестолково в преддверии немоты.
И хотя мне о многом хочется рассказать,
я уже не смогу, наверное, отпустить
имена вещей в полуволю танца стиха,
так, чтоб грезы выстраивались в череду -
слишком тонок лед на реке, и слишком слаб
голос, всегда и во всем подрожавший льду...

2
...Убедиться еще раз - Создатель не был жесток,
хотя вряд ли был понят в кругу подобных себе:
пресловутую башню на бок валя, он смог,
наказав, наградить своих непослушных чад
головоломкой забавной из языков и теперь,
постигая их, можно увидеть, что "под", и возвысится "над"...

3
...Кстати о языках, есть странный кайф
в том, чтоб проникнуть в разницу в сути вещей:
я иногда говорю себе "never mind",
иногда это может звучать, как просто "забей".
И хотя я как раз сейчас размышляю, где люди и вправду вольны,
и вообще над тем, куда бы отсюда свалить,
мне не станет родным никогда язык туманной страны
потому, что "память" на "memory" не заменить...

4
...То, что случается ночью - всегда неточно,
математика это удел исключительно ранних пташек.
Чем бы таким наполнить слово "порочно",
чтобы оно прозвучало брезгливо, как обвинение в краже?
Это я о словах и о странных суммах
слов, разрывающих мысли и линии жизни,
оставляющих жуткие шрамы на лицах и судьбах
хлестче ножей, наполняющих дремой дни, и
ночь превращающих в неодолимую гору
на которой себя догоняю привычно до транса
(в этом плане любому шаману могу дать фору),
чтобы с тобой немного поговорить о разном...

5
...И еще пара слов о неспособности к плачу:
трудно живется ходящим в долину скорби -
если ты веришь в возможность горя, то, значит,
надо поверить в антоним - отсутствие боли,
верить в возможность счастья, способность не быть помехой,
не сомневаться в наличии мира иного,
так что блаженны веселые духом, привыкшие смехом
под сомнение ставить возможность всего остального.